Главная> Статьи > Служение Отечеству > Когда и как называли корабли

Когда и как называли корабли

Из книги В. Дыгало "Флот государства Российского. Откуда и что на флоте пошло"

1169638979_goto_predestinacija.jpgДля многих в детстве волшебной музыкой звучали названия, начертанные на бортах прославленных кораблей: “Слава”, “Паллада”, “Чесма”, “Диана”, “Варяг”...
Традиция давать кораблям имена очень давняя.
В России же такая традиция окончательно установилась только в конце царствования Петра I, хотя и до него случалось, что некоторым судам давали названия. Первым в России морским судном, получившим название, был корабль “Фредерик”, построенный (в 1636 г.) в царствование Михаила Федоровича и названный так в честь герцога Голштинского. Мы уже знаем, что первый русский боевой корабль назывался “Орел”.
Когда “Орел” был готов, на его корме и носу укрепили деревянных резных двуглавых орлов, окрашенных под золото. Эти геральдические символы царской власти являлись своеобразным подтверждением названия корабля, а затем стали традиционным украшением всех военных судов.
Неудача первого Азовского похода летом 1695 г. заставила Петра I форсировать строительство кораблей. 3 апреля 1696 г. на верфи, основанной в Воронеже, были спущены на воду три галеры. Первая из них была названа “Принципиум”, то есть “основа”, “начало”, что вполне отвечало историческому моменту-началу создания русского регулярного флота. Во втором Азовском походе галерой “Принципиум” командовал сам царь под именем Петра Алексеева. Две другие галеры назывались «Св. Марк» и «Св. Матвей». Двум парусно-гребным 36-пушечным кораблям были также даны названия в честь православных святых: «Апостол Петр» и «Апостол Павел». В период строительства Азовского флота не было еще ни значительных побед, ни прославленных героев, ни боевых традиций, поэтому на первых порах выбор названий, как правило, ограничивался именами столпов православной церкви.
Появившись на заре создания регулярного военно-морского флота, эти названия кораблей стали традиционными и особенно часто употреблялись в XVIII в. Так, эскадра контр-адмирала Ф.Ф. Ушакова в сражении с турецкой эскадрой у мыса Калиакрия почти сплошь состояла из кораблей, названных именами православных святых, а два корабля были названы в честь особо почитаемых христианских праздников: “Рождество Христово” и “Преображение Господне”.
Начиная с петровских времен названия кораблей в России, как правило, утверждал царь и лишь в редких случаях - Адмиралтейств-коллегия (с 1827 г. - Адмиралтейств-совет). Венценосный моряк хорошо понимал значение названий корабля как носителей флотских традиций и государственного престижа. Анализ названий кораблей позволяет сделать вывод, что уже в начале создания регулярного флота Петр I стремился свести их в некую систему. В частности, судам стали давать названия, сообразуясь с их рангом и назначением - чем выше ранг, тем выше и престижнее название.
Несмотря на поразительное разнообразие названий кораблей Азовского флота, все же можно сказать, что часть из них была выбрана с целью выразить идеи высокого боевого духа моряков, силу и мощь русского флота. Примером этого могут служить названия кораблей: “Безбоязнь”, “Цвет войны”, “Лев”, “Единорог”, “Геркулес”. Не меньшее военное звучание имели названия некоторых бомбардирских кораблей: “Крепость”, “Скорпион”, “Флаг” и др. На названия строившихся для Азовского флота кораблей в известной мере повлияло и заграничное путешествие Петра I в Голландию и Англию, во время которого он увлекся эмблемами, символами, аллегориями и девизами, через которые раскрывалась суть названий кораблей. Вот только некоторые заимствованные им названия, раскрываемые с помощью соответствующих девизов: “Струе” - “Сила сокрушает крепость”, “Камень”-“Над водами силу имеет” и т.д. Бомбардирские корабли, имевшие мощную артиллерию для борьбы против береговых укреплений, были названы: “Гром”, “Молния”, “Громовая стрела” - девиз “Юпитеру и молнии его”, “Бомба” - девиз “Горе тому, кому достанусь”. Лучших названий для подобных кораблей, пожалуй, подобрать трудно.
Однако галеры и брандеры, построенные “кумпанствами”, собственных названий не имели. Они были известны по именам их капитанов, или начальников, держащих на них флаг: галеры адмирала Лефорта, вице-адмирала Лима, шаутбенахта де Лозьера; капитанов Брюса, Трубецкого, Ушакова, Репнина и др.; брандеры капитанов-князей Черкасского, Велико-Гагина, Лобанова-Ростовского... Это говорит о том, что Петр I в период строительства Азовского флота затруднялся в подборе названий для большого количества кораблей.
К весне 1700 г. “кумпанства” в основном выполнили судовую повинность, и Петр I повелел дальнейшее строительство флота вести за счет государства.
Какие же названия получали казенные корабли в этот период? Вот некоторые из них: “Разжженное железо”,“Шпага” , “Сулица” .
Среди названий новых кораблей не были забыты святой Георгий, чтимый на Руси как Победоносец, и библейский богатырь Самсон.
Наиболее соответствовали своим названиям брандеры, предназначавшиеся для сожжения судов противника: “Вулканус”, “Феникс”, “Сулемандр”.
Большинство приглашавшихся из-за границы кораблестроителей и офицеров-моряков не знали русского языка, поэтому для большего взаимопонимания многие корабли носили по два и более названий, чаще всего русское и его перевод на голландский, английский, немецкий, французский (“Барабан” - “Трумель”, “Колокол”-“Клок» и т.д.). Однако Петр это делал в рекламных целях, для укрепления престижа молодого флота России.
27 апреля (8 мая) 1700 г. в истории судостроения произошло знаменательное событие - в Воронеже был спущен первый корабль, построенный без участия иностранцев по чертежу, привезенному Петром, скорее всего, из Англии. Двухпалубный 58-пушечный корабль, построенный ими, был назван “Гото Предестинация”, что на русском языке означало “Божье предвидение”. Это звучное и многообещающее название, имевшее к тому же глубокий политический смысл, говорило о том, что выход России к морю предвидел сам Всевышний.
1 (12 мая) 1703 г. русские войска взяли штурмом шведскую крепость Ниеншанц, расположенную неподалеку от устья Невы. Путь к Балтийскому морю был свободен. Изменился и царский штандарт - двуглавый орел на нем теперь держал в лапах и клювах не три, а четыре карты с очертаниями Белого, Каспийского, Азовского и Балтийского морей. В честь этого события первый 28-пушечный фрегат, построенный на Олонецкой верфи в августе 1703 г., был назван “Штандарт”. Другим фрегатам и кораблям присваивались имена городов и географических мест, где были одержаны “виктории” русской армией и флотом (“Иван-город”, “Санкт-Петербург”,“Нарва”, “Рига”, “Выборг”, “Полтава” и др.)
При создании Балтийского флота появляются суда, названные в честь царской фамилии(“Принцесса Анна”, “Принцесса Елизавета”,“Наталья”)
Когда в Архангельске в июне-июле 1715 г. завершилось строительство серии 52-пушечных линейных кораблей, им дали имена Архангелов - “Гавриил”, “Михаил”, “Уриил”, “Салафаил”, “Варахаил” и “Ягудиил”.
Название кораблей именами представителей дома Романовых и православных святых способствовало формированию у офицеров и нижних чинов веры в незыблемость религии и устоев императорской власти.
Одним из правил, заведенных при Петре I, была преемственность в названиях кораблей, особенно тех, которые заслужили это право в боях. На Балтике повторялись названия периода Азовского флота - “Лизет”, “Мункер”, “Дегас”, “Фалк”, “Елифант”, “Фридемакер”. Названия же кораблей, окончивших срок своей службы, были даны новым: “Нарва”, “Выборг”, “Шлиссельбург”. От них веяло пороховым дымом баталий Северной войны, и в сохранении этих названий Петр I видел зарождение еще одной традиции русского флота. Со временем преемственность названий стала правилом. Многие названия подолгу не сходили с бортов, образуя целые династии одноименных кораблей. За историю русского флота больше других повторялись следующие названия: “Штандарт” и “Гангут” - по 5 раз, “Ингерманланд” - 6, “Не тронь меня” и “Азов” - по 7, “Полтава” и “Самсон” - по 8, “Выборг” - 10, “Меркурий” - 11, “Нарва” -14, “Москва” - 18, “Надежда” - 22. Они живы и поныне, их сегодня носят корабли нашего ВМФ.
В царствование Екатерины II при наименовании кораблей предпочтение по-прежнему отдавалось именам православных святых, библейских пророков, а также императоров и императриц России, членов царской семьи, названиям религиозных праздников.
Не менее популярны были имена древнерусских князей. Эти названия предназначались, как правило, для кораблей высших рангов, в основном линейных кораблей и фрегатов. Вот, например, названия линейных кораблей и фрегатов эскадры Черноморского флота в 1791 г.: “Иоанн Предтеча”, “Мария Магдалина”, “Св. Владимир”, “Св. Павел”, “Преображение Господне”, “Св. Александр Невский”, “Георгий Победоносец”, “Св. Андрей Первозванный”, “Св. Иоанн Богослов”, фрегаты: “Св. Нестор” и “Св. Марк”. Корабли же более низких рангов (бриги, шлюпы, корветы) обычно получали названия частей света, стран, городов, расположенных на приморских территориях, а также планет, созвездий и звезд.
Большую группу названий кораблей составляли также названия хищных животных и птиц.
В царствование Павла I в системе названий кораблей изменений почти не произошло. Но при нем была сделана первая попытка узаконить место их написания. Своим указом император обязал писать названия на корме. Там же сообщалось, когда, где и кем построен корабль.
Создание новых классов и типов кораблей в эпоху парового флота вызвало появление новых групп названий, вследствие чего частично прервалась связь времен, исчезла историческая преемственность. На это обстоятельство повлиял, очевидно, и трагический исход Крымской войны. Например, паровые канонерские лодки Балтийского флота получили названия, связанные с явлениями в атмосфере и на море, с оружием, со сказочными персонажами, с морскими рыбами, птицами и насекомыми (“Молния”, “Гром”, “Шквал”, “Метель”, “Вьюга”... “Меч”, “Секира”, “Копье”, “Пищаль”, “Лук”, “Панцирь”, “Щит”, “Кольчуга”, “Броня”... “Русалка”, “Ведьма”, “Домовой”... “Ерш”, “Щука”... “Копчик”, “Коршун”, “Чайка”... “Комар”, “Пчела”, “Оса”, “Шмель”).
Другие классы паровых кораблей - пароходофрегаты и парусно-винтовые корветы - стали называться именами русских богатырей и князей: “Илья Муромец”, “Олег”, “Пересвет”, “Ослябя”, “Дмитрий Донской”, “Александр Невский”.
Первым опытным кораблем русского флота с броневой защитой, вступившим в строй 22 июня 1861 г., стала канонерская лодка. Она получила название “Опыт”. В 1864 г. вступила в строй броненосная батарея, построенная в Англии. Это был первый корабль такого класса в составе русского флота. Поэтому назван он был “Первенец”. Вслед за ним на петербургских судостроительных заводах были построены еще две броненосные батареи, которые имели более мощное артиллерийское вооружение. Как бы подчеркивая свою неприступность, они получили названия “Не тронь меня” и “Кремль”.
В 1870 г. Балтийский флот, кроме трех броненосных батарей, располагал 13 броненосными лодками-мониторами.
К началу 70-х годов относится также первая попытка России создать оборонительный флот на Черном море в связи с отменой ограничительных статей Парижского трактата 1856 г. С этой целью адмиралом А.А. Поповым были сконструированы и построены два броненосца береговой обороны, так называемые круглые броненосные корабли. Один из них был назван “Новгород”, а второй-именем своего создателя - “Вице-адмирал Попов”. Неофициально эти броненосцы называли “поповками”.
С началом царствования императора Александра III начался переход к строительству броненосцев большого водоизмещения. В соответствии с новыми программами для Черноморского флота в течение 20 лет должно было быть построено восемь броненосцев и значительное количество других кораблей. Вновь была возрождена традиция давать наиболее престижные названия кораблям высших рангов. Вступившие в состав Черноморского флота броненосцы были названы: “Екатерина II”, “Синоп”, “Чесма”, “Двенадцать апостолов”, “Георгий Победоносец”, “Три святителя” и “Ростислав”.
Первый мореходный миноносец русского флота, вступивший в строй в 1877 г., был назван “Взрыв”, а последующие миноносцы и эскадренные миноносцы получили названия различных географических пунктов (“Котлин”, “Лахта”, “Луга”, “Ревель” и др.).
В связи с ухудшением отношений с Японией правительство России вынуждено было разработать и утвердить дополнительную программу, получившую название программы “для нужд Дальнего Востока”. В ее состав входили пять эскадренных броненосцев (“Цесаревич”, “Ретвизан”, “Император Александр III”, “Князь Суворов”, “Слава”), четыре крейсера 1-го ранга (“Баян”, “Варяг”, “Аскольд”, “Богатырь”), четыре крейсера 2-го ранга (“Новик”, “Боярин”, “Жемчуг”, “Изумруд”), а также 20 эскадренных миноносцев. В их названиях не было строгой системы, но правило называть крупные корабли именами императоров и знаменитых полководцев сохранялось. Для названий эскадренных миноносцев были использованы имена прилагательные (“Бедовый”, “Блестящий”, “Беспощадный”, “Быстрый”, “Боевой”, “Бесстрашный”, “Грозовой” и т.д.), выражавшие некоторые качества, свойственные кораблям этого класса. Аналогичные названия широко использовались и в дальнейшем.
Во время русско-японской войны флот понес тяжелые потери, лишившись большей части - своих новых боевых кораблей. Героизм моряков, проявленный при обороне Порт-Артура и в Цусимском сражении, вызвал среди русского народа волну патриотизма и стремление к возрождению мощного флота. В соответствии с кораблестроительными программами 1908 и 1912-1916 гг. было принято решение о строительстве принципиально новых линейных кораблей, линейных крейсеров, крейсеров, эскадренных миноносцев и подводных лодок. Было выдвинуто также требование, чтобы все вновь закладываемые корабли в целях утверждения исторической преемственности и сохранения боевых традиций наследовали наименования от своих предшественников.
Заслуживают внимания названия эскадренных миноносцев.
Было принято, что один дивизион (в каждом по девять кораблей) носил имена героев морских сражений и боев.Второй дивизион был назван в честь знаменитых сражений. Третий - носил названия судов парусного флота, прославившихся в различных морских боях и сражениях. Четвертый - имел названия судов парусного флота, участвовавших во многих сражениях.
Таким образом, к 1914 г. в России была выработана и документально закреплена новая, может быть, не очень стройная система наименования кораблей военного флота, которая восприняла многие традиции, зародившиеся в петровские времена.
Нельзя сказать, чтобы Февральская революция и Октябрьский переворот до основания изменили, как это кажется на первый взгляд, сложившуюся в Российской империи систему: названий кораблей военно-морского флота. Конечно, с бортов военных кораблей и судов сразу же исчезли имена святых апостолов и праведников, а названия, связанные с царями и великими князьями, были заменены фамилиями большевистских вождей и набором слов или словосочетаний, заимствованных из революционной фразеологии, но суть системы названий осталась прежней, только одни кумиры были заменены другими. В системе названий кораблей сохранился и принцип преемственности, но с его реализацией возникли некоторые трудности из-за того, что политическая жизнь “пролетарских вождей” зачастую была недолговечной, и, когда их имена только-только появлялись на бортах кораблей, они сбрасывались с партийных пьедесталов. Так исчезли новые названия эскадренных миноносцев типа “Новик” - “Троцкий” (“Лейтенант Ильин”), “Зиновьев” (“Азард”), “Рыков” (“Капитан Керн”), “Петровский” (“Гаджибей”). Названия кораблей стали изменять чуть ли не на второй день после Февральской революции. Павшая династия Романовых в первую очередь была стерта с бортов самых больших кораблей. Этой процедуре подверглись линейные корабли бывшего Российского императорского флота: “Заря Свободы” (“Император Александр 1”), “Гражданин” (“Цесаревич”), “Республика” (“Император Павел 1”), “Воля” (“Император Александр III”), “Свободная Россия” (“Императрица Екатерина Великая”), “Демократия” (“Император Николай 1”).
После Октябрьского переворота были переименованы все остальные корабли бывшего царского флота, за исключением крейсера “Аврора”, но и в это название стали вкладывать другой смысл - оно теперь олицетворяло зарю коммунизма.
Львиную долю новых названий составили имена вождей революции и мирового пролетариата, а также новые словообразования, возникшие в советский период. Во все другие названия неизменно добавлялось слово “красный”, что было характерно не только для кораблей. Вспомним новые вывески на зданиях заводов, фабрик и колхозов: “Красный путиловец”, “Красный треугольник”, “Красная нить”, “Красный пахарь” и др.
Названия сохранившихся линкоров-дредноутов символизировали собой три этапа мирового революционного движения - Французскую революцию в лице зачинателя революционного террора Марата, Парижскую коммуну и Октябрьский переворот. Они получили названия: “Марат” (“Петропавловск”), “Парижская коммуна” (“Севастополь”) и “Октябрьская революция” (“Гангут”).
Черноморские крейсера стали называться именами советских республик с добавлением слова “красный”: “Красный Крым” (“Светлана”, затем “Профинтерн”), “Червона Украина” (“Адмирал Нахимов”) и “Красный Кавказ” (“Адмирал Лазарев”). Изменились и названия эскадренных миноносцев - самой многочисленной группы кораблей. Почти все они были названы именами вождей мирового пролетариата и революции (“Карл Маркс”, “Энгельс”, “Ленин”, “Сталин”, “Карл Либкнехт”, “Дзержинский”, “Калинин”, “Свердлов”, “Фрунзе”, “Володарский”, “Куйбышев”, “Шаумян”, “Артем”).
Подводные лодки типа “Барс” также получили названия, соответствующие духу времени. Так, отличившаяся в августе 1919 г. “Пантера” в конце 1922 г. была названа “Комиссар”, а другие - “Краснофлотец”, “Товарищ”, “Коммунар”, “Большевик”, “Красноармеец” и т. п.
Кроме “Авроры”, есть еще одно название, которое употреблялось как в Российском, так и советском военном флоте, - это название столицы нашего государства - Москвы. Впервые оно были присвоено 64-пушечному линейному кораблю, заложенному в 1712 г. в Санкт-Петербурге и спущенному на воду через три года.
Первым советским кораблем, носившим с 1919 г. имя “Москва”, стала плавбатарея Северо-Двинской военной флотилии, а затем лидер эсминцев Черноморского флота, построенный в 1937 г. В настоящее время имя столицы носит противолодочный крейсер “Москва”. Этот крупный надводный корабль оснащен современной ракетной и авиационной техникой.
Первые подводные лодки советской постройки получили названия “Декабрист”, “Народоволец”, “Красногвардеец”, “Революционер”, “Спартаковец”, “Якобинец”. Следующие подводные лодки серии “Л” были названы “Ленинец”, “Сталинец”, “Фрунзевец”, “Гарибальдиец”, “Чартист” и “Карбонарий”. Позже появились подводные лодки следующей серии того же типа “Л” с названиями, придуманными по тому же правилу словообразования: “Ворошиловец”, “Дзержинец”, “Кировец”, “Менжинец”. Естественно, ни о какой преемственности этих искусственных названий не могло быть и речи. Это, вероятно, хорошо понимали и сами “конструкторы человеческих душ”, так как вскоре эти подводные лодки получили литерно-цифровые наименования: Д-1, Д-2... и Л-1, Л-2...
В предвоенные годы были заложены новые линейные корабли с названиями “Советский Союз”, “Советская Россия” и “Советская Украина”. Как видно, слово “красный” здесь уступило место слову “советский”, но эти названия так и остались только на, бумаге. Война помешала достроить эти корабли.
В послевоенной системе названий кораблей можно проследить несколько направлений. Во-первых, возрождение традиции называть корабли именами известных полководцев и флотоводцев, а также именами крупных городов. Во-вторых, обращение к названиям кораблей дореволюционного флота и их возрождение. В-третьих, наименование кораблей в честь героев Великой Отечественной войны. Одновременно старались придерживаться правила давать серии кораблей одного и того же класса родственные по смыслу названия, но это далеко не всегда выдерживалось.
Сегодня на бортах кораблей нашего флота можно прочесть возрожденные названия: “Варяг”, “Очаков”, “Стойкий”, “Слава”, “Адмирал Лазарев”, “Александр Суворов”, “Александр Невский”, “Дмитрий Пожарский”, “Адмирал Макаров”, “Стерегущий”, “Севастополь”, “Петропавловск”. Но многие названия кораблей Российского флота незаслуженно забыты. Следовало бы возродить и такие известные названия, как “Новик”, “Россия”, “Громобой”, “Рюрик”, “Аскольд”, “Олег”, “Богатырь”, “Баян”, “Диана”, “Паллада”, а также названия, данные в честь героев Куликовской битвы - Александра Пересвета и Родиона Осляби, - и обязательно указывать их на матросских ленточках, как это практиковалось ранее.
Как видно, сохранена в ВМФ и традиция присвоения кораблям названий городов.
В последние десятилетия, как уже говорилось, стараются придерживаться правила давать кораблям определенных классов родственные по смыслу названия.
Каждый корабль - это часть территории нашей Родины, и его название должно вызывать у каждого из нас чувство гордости за свой флот и свою страну.
Чтобы подчеркнуть индивидуальность каждого корабля и его принадлежность к Военно-Морскому Флоту России, в настоящее время комиссия по военной символике Всероссийского геральдического общества разрабатывает гербы для каждого корабля. Рассматривается также вопрос об утверждении гербов для каждого флота - Северного, Тихоокеанского, Балтийского и Черноморского. Основой каждого герба является двуглавый орел.

http://www.navy.ru/
 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Яндекс.Метрика Яндекс цитирования